7. Старецъ и Патріархъ Тихонъ.

Приводимъ случаи прозорливости о. Нектарія, переданные намъ профессоромъ И. М. Андреевымъ.

Профессора Комаровичъ и Аничковъ во время путешествія къ о. Нектарію (къ этому посѣщенію мы еще вернемся въ дальнѣйшемъ), спорили объ имяславіи, при чемъ одинъ изъ профессоровъ, возражая противъ имяславія, привелъ примѣръ, когда имя Божіе произносится попугаемъ, или грамофонной пластинкой.

Когда эти профессора прибыли къ о. Нектарію, съ желаніемъ выяснить этотъ вопросъ у Старца, то послѣдній предварилъ ихъ и, прежде, чѣмъ они успѣли спросить его объ этомъ, предложилъ имъ выслушать «сказочку». Смыслъ этой сказки былъ такой: въ одномъ домѣ въ клѣткѣ жилъ попугай. Горничная этого дома была очень религіозная и часто повторяла краткую молитву: «Господи, помилуй!» Попугай научился тоже повторять эту молитву. Однажды, когда горничная вышла, забывъ закрыть клѣтку, вбѣжала въ комнату кошка и бросилась къ клѣткѣ. Попугай въ ней заметался и закричалъ голосомъ горничной: «Господи, помилуй!» Такъ какъ кошка очень боялась горничной, то, услыхавъ голосъ послѣдней, со страху убѣжала. Оба профессора были очень потрясены этимъ разсказомъ о. Нектарія.

Однажды, въ 1927 г. о. Нектарій далъ указаніе одному своему духовному сыну прійти къ своимъ знакомымъ, жившимъ на Аптекарскомъ островѣ въ Петроградѣ, и при этомъ сказалъ: «Тамъ вы встрѣтитесь съ бухгалтеромъ деревообдѣлочнаго завода, который вамъ достанетъ работу». Прійдя къ своимъ знакомымъ, этотъ человѣкъ, дѣйствительно, встрѣтилъ тамъ бухгалтера такого завода. Они познакомились, и этотъ послѣдній устроилъ его на работу на своемъ заводѣ.

Проф. И. М. Андреевъ въ теченіе 1927 года находился въ перепискѣ съ о. Нектаріемъ, черезъ одного монаха 3., жившаго въ Козельскѣ. О. Нектарій, давая свои указанія, предсказалъ профессору, что ему предстоятъ очень тяжкія испытанія и страданія, но что въ концѣ концовъ все кончится благополучно и онъ выйдетъ на свободу и будетъ имѣть возможность активно служить Православной Церкви. Въ февралѣ 1928 года этотъ профессоръ былъ арестованъ за участіе въ Катакомбной Церкви, сосланъ въ Соловецкій концлагерь, а затѣмъ былъ въ ссылкахъ. Но кончилось все это благополучно, и послѣ войны 1941-1945 г.р. профессоръ эмигрировалъ въ Америку.

Одинъ изъ постоянныхъ посѣтителей о. Нектарія разсказываетъ объ этомъ слѣдующее: «Патріархъ Тихонъ не былъ у Батюшки о. Нектарія, и Батюшка не былъ у Патріарха. Кажется, не было и переписки между ними, однако, многіе вопросы рѣшались Патріархомъ въ соотвѣтствіи съ мнѣніемъ Старца. Это происходило черезъ лицъ близкихъ къ Патріарху и общавшихся съ Батюшкой. Послѣдній на тотъ или иной вопросъ высказывалъ свою точку зрѣнія, или говорилъ иносказательно, разсказывая о какомъ-либо случаѣ. Эта бесѣда передавалась Патріарху, который всегда поступалъ по совѣту Батюшки.

Положеніе Патріарха было чрезвычайно тяжелымъ. Власть стремилась разбить христіанскіе устои. Организовывался расколъ, выразившійся въ т. наз. обновленчествѣ; образовывались и другія группы, основанныя не на чисто христіанскихъ, а на политическихъ соображеніяхъ. Въ то же время Оптина, находясь подъ руководствомъ старцевъ вообще и послѣдняго старца Батюшки о. Нектарія въ особенности, шла по твердому пути, не уклоняясь въ стороны. Оптина авторитетомъ Старца распространяла свое вліяніе во всѣ уголки Россіи, т. к. къ ней текли со всѣхъ сторонъ преданные Церкви люди, несмотря на трудности и опасности. Архіереи, священники и міряне и лично, и письменно, и устно — черезъ другихъ лицъ обращались къ Старцу за разрѣшеніемъ духовныхъ, церковныхъ и житейскихъ вопросовъ. Взглядъ Старца на тотъ, или иной вопросъ былъ абсолютнымъ авторитетомъ и быстро распространялся среди истинно вѣрующихъ людей, которые и являлись опорой Патріарху во всѣхъ его начинаніяхъ.

Совсѣмъ иное положеніе создалось съ приходомъ къ власти митрополита Сергія: между послѣднимъ и о. Нектаріемъ общенія не было.

Еще до выхода деклараціи м. Сергія, тѣмъ же лѣтомъ 1927 года старецъ Нектарій въ бесѣдѣ съ посѣтившими его профессорами Комаровичемъ и Аничковымъ назвалъ митр. Сергія обновленцемъ. На ихъ возраженіе, что послѣдній покаялся, старецъ отвѣтилъ имъ: «Да, покаялся, но ядъ въ немъ сидитъ».

Съ момента выхода этой деклараціи, предавшей Церковь въ руки враговъ, начался отходъ отъ митр. Сергія лучшихъ епископовъ и стойкихъ вѣрующихъ.

Процессъ былъ длителенъ: нѣкоторые медлили съ отходомъ, надѣясь, что благодаря обличеніямъ, митр. Сергій образумится; но, наконецъ, процессъ закончился въ 1929 году, когда катакомбную Церковь возглавилъ митрополитъ Кириллъ, вознося имя митрополита Петра*{{См. проф. Андреевъ. Краткій обзоръ Исторіи Церкви отъ революціи до Нашихъ дней. Джорданвилль. 1952 г., стр. 51. Къ этому времени относится предсказаніе о. Нектарія, сдѣланное лѣтомъ 1923 г. о закрытіи всѣхъ церквей. Приводимъ его полностію: 19-3-1924. Лѣтомъ (1923) Дѣдушка говорилъ, что Церкви на время откроютъ, но черезъ 5 лѣтъ всѣ церкви закроютъ. Первое сбылось у насъ, такъ, что мы наслаждаемся чуднымъ церковнымъ пѣніемъ.}}.

Старецъ не дожилъ до этого событія. Послѣдній годъ своей жизни (19271928), отецъ Нектарій былъ очень слабъ и почти никого не принималъ. Его силы замѣтно угасали. Въ декабрѣ 1927-го года думали, что старецъ умираетъ, однако, наступило временное улучшеніе.

Но въ концѣ апрѣля 1928 г. стало ясно, что конецъ приближается.

 

Hosted by uCoz