О роли контекста при актуализации сем

Согласно принципам, принятым в методике компонентного анализа, семема слова анализируется изолированно от текста, т.е. как явление языка (если поддерживать противопоставление языка и речи).Однако в полисемном слове контекст обусловливает актуализацию только одной семы и нейтрализацию прочих, и переводчик в своей деятельности (сознательно или — чаще — интуитивно) учитывает это обстоятельство.

Например, выше мы упоминали,что слово βίος имеет две семы (1) "период существования человека; век; противоположное смерти; жизнь" и (2) "имущество; достояние; богатство". Эти сены разнесены по двум славянским словам — (1) жизнь и (2) имѣниѥ. {{85}}

Выбор и помещение в тексте одного из слов славянского языка определяется тем, какая сема из двух актуализировалась в греческоы, т.е. практически определяется учетом окружения греческого слова. Например, в притче о благочестивой вдовице говорится, что она πάντα τὸν βίον.. ἔβαλεν. Контекст запрещает понять слово βίος в смысле жизнь, поскольку вдовица очевидным образом осталась жива; в результате имеем перевод: все имѣние въврьже (Лк 21,2; Сав 66а). В притче о блудной сыне этот сын просит отца разделить между наследниками имущество при жизни, и отец διεῖλεν αὐτοῖς τὸν βίον раздѣли има имѣнье (Лк 15,12; Зогр, Map,Асс, Сав, Остр); далее в притче сказано о сыне: ὁ καταφαγῶν σου τὸν βίον μετὰ πορνῶν изѣды твое имѣние с любодѣицами (Лк 15,30). В обоих переводах выбор слова был вызван учетом очевидного контекста.

В предыдущем разделе главы в той части, где говорилось о сверхдифференциации, всюду при переводе контекст играл свою роль. Имеется в виду, конечно, контекст греческий, а не славянский; о роли славянского контекста в другом отношении (в сохранности славянских словосочетаний) см. в третьей главе.

Этот правильный учет контекста при переводе полисемных греческих слов многократно отмечался исследователями деятельности Кирилла и Мефодия и по справедливости оценивался очень высоко. Кроме И.В.Ягича (История...) и Ф.Гривца (Константин...), много внимания данному вопросу уделил Э. Бернекер, материал которого в силу его показательности и нечастой цитируемости мы далее приводим, — правда, в малых выдержках.

Греческое слово δωρεάν имеет две семы: (1) "бесплатно; безвозмездно; gratis" и (2) "беспричинно; напрасно; frustra". В зависимости от контекста имеем переводами тѹне или спыти (Э.Бернекер, Переводческое..., 399).

Слово πατάσσωтакже имеет две семы: (1) "ударить; ранить; сбить" и ( 2) "убить". В зависимости от контекста актуализируется или первая сема и тогда в переводе употребляется ударити (Лк 22,50; Мф 26,51), или вторая и тогда в {{86}}переводе имеем поразити (Мр 14,27; Мф 26,31) (там же, 401).

Далее без комментариев приведем несколько сопоставлений Бернекера: κατάγνυμι имеет содержательными переводами прѣломити (Мф 12,20) и прѣбити (Ио 19,3Ι); ἡλικία, как и мы упоминали, переводится как въздрастъ (Ио 9,21) и тѣло (Лк 19, 3; Мф 6,27); χῶρα имеет соответствиями слова страна (Лк 15,13; Мф 8,28) и нива (Лк 12,16; Ио 4,35); ἐλπίζω переводится надѣятисѧ и ѹпъвати (Лк 23, 8; 24, 21; но: Мф 12, 21; Ио 5, 45); ὁδηγέω дает в славянском тексте вообще водити (Мр 15,14), но применительно к Духу-Утешителю наставлѧти (Ио 16,13); πηγή обычно стѹденьць или кладѣзь, но в беседе Иисуса с самаритянкой, где говорится о воде живой, а также в эпизоде с кровоточивой женой — источьникъ (Ио 4,14; Мф 5, 29); πλίνη переводится как одръ, когда речь идет о носилках, и как ложе, когда говорится о постоянном месте ночлега (Лк 14, 34); есть, однако, случаи, когда вариативность трудно поддается объяснению, — σφραγίζω переводится как запечатьлѣти (Ио 3, 33) и как знаменати (Ио 6,27) (это недоумение Бернекера мы пытаемся разъяснить несколько дальше в тексте главы). См.: там же, 400, 401, 404, 408, 411.

Наиболее характерными примерами учета греческого контекста при переводе, по справедливому мнению Э.Бернекера, являются слова πενθερά с семами (1) "свекровь; мать мужа по отношению к жене" и (2) "теща; мать жены по отношению к мужу" и παιδίον (1) "мальчик 10-14 лет" и (2) "девочка 10-14 дет". В соответствующих ясных контекстах наблюдаем переводы свекры (Мф 10,35; Лк 12,53) и тъща (Мр 1,30; Лк 4,38; Мф 8,14), с одной стороны, и отроча (обычно) и отроковица (Мр 5,39; Мр 7,30), с другой.

Сделанные наблюдения, во-первых, заставили Э.Бернекера не согласиться с Брюкнером, который, как мы упоминали, писал о низком качестве первых славянских переводов, и, во-вторых, привели его к мысли о вероятном славянском происхождении первоучителей. Во всяком случае, по Бернекеру, вполне можно {{87}}доверять свидетельству царя Михаила, что солуняне чисто по-славянски беседуют. Между прочим, Бернекеру принадлежит попытка развернутого обоснования термина "переводческое искусство", который применительно к Кириллу и Мефодию должен был заменить более распространенный термин "переводческая техника" (там же, 412). Сейчас этого термина придерживаются многочисленные исследователи (среди них, например, Ф. Гривец). По мнению Бернекера, в евангельском славянском переводе так много от выдающейся личности творца, что надо говорить не о технике, которая доступна многим, а именно об искусстве, которое неповторимо и несет на себе следы индивидуальности.

На наш взгляд, хорошо сказано.

Со взглядами Э.Бернекера совпадают некоторые материалы, сообщенные А.С.Львовым (Очерки...)·

Он подтверждает вывод своего немецкого предшественника по поводу избирательного (со сверхдифференциацией) перевода δωρεάν словами тѹне "даром; бескорыстно; безвозмездно", спыти "безосновательно; беспричинно", но прибавляет к паре слов еще одно — ашють "безрассудно" (оно, правда, в евангельских текстах не встречается). По его мнению, семантические причины ответственны за перевод греч. πίναξ разными словами блюдо и миса и за перевод слова ἐξουσία как власть и область. Из-за актуализации разных сем, согласно мысли того же автора, ἐν ἀρχῇ переводится или как искони, или как испрьва (хотя "правильное" различие в семантике отражено только в Асс, а в других памятниках от него остались одни следы). А.С.Львов подтверждает вывод Бернекера о семантической разнице между словами кладѣзь, стѹденьць и источьникъ в переводах πηγή. Заметим, однако, что ни здесь, ни выше (по отношению к словам тѹне и спыти) он почему-то не ссылается на Бернекера и не приводит его немаловажных материалов. Что же касается слов ложе и одръ, которыми переводится греч. κλίνη и которые по Бернекеру имеют разные семы, то здесь Львов ему противоречит: "имеются основания предполагать, чго редакторы {{88}} и писцы дошедших до нас памятников не различали в значениях ложе и одръ". Но, между прочим, этот вывод получен несколько непоследовательным путем: в абзаце, предшествующем ему, говорится, что в чтении Мф 9,7 (Асс, Map) въстани възьми ложе свое и иди въ домъ употребление слова одръ по семантическим причинам невозможно; следовательно, славянские слова имели все-таки разные семы. Соотношение сем по Бернекеру и по Львову в данном случае, как видно, противоположное, но семантическое различие слов фактически не отрицается. Различие в семах ответственно за появление натрѹти и напитѣти на месте греч. τρέφω , за появление продати и вѣнити на месте πωλέομοι. Материалы Львова подтверждают также семантическое различие между ѹповати и надьятисѧ в переводе греч. ἐλπίζω:"ѹповати встречается там, где выражается твердая уверенность, убежденность, чаще всего, где речь идет о надежде на бога; надѣятисѧ употребляется для обозначения, так сказать, обычных ожиданий, чаяний", Точно таковы же и выводы Бернекера. Специальным тонким анализом Львов показывает различие в семах слов година и часъ, переводящих греч. ὥρα , а также в семах слов чрѣво и ѫтроба, переводящих κοιλία. В общих выводах автор справедливо указывает, что в некоторых случаях переводчики, "используя наличный словарный запас... диалекта", переводили "одно и то же греческое слово в зависимости от лексико-семантических особенностей" (А.С.Львов, Очерки..., 38,64, 70, Ϊ34, 145, 171, 188,218, 244, 262, 279, 286).

Таким образом, если при переводе полисемных греческих слов славянскими имела место сверхдифференциация, т.е. перевод одного греческого слова двумя или тремя славянскими, то переводчики, как правило, принимали во внимание греческий контекст. Лишь контекст позволяет судить о том, какая сема из ряда возможных актуализировалась и какие нейтрализовались.

Поэтому качественный принцип перевода, о котором мы говорим в настоящей главе, нуждаегся в уточненной формулировке: при переводе ключевых слов применялся принцип совпадения сем и, {{89}} как правило, учитывался греческий контекст 10.

 

Hosted by uCoz