Глава первая

1. Разделение научных теорий на виртуальные и реальные, эксплицитно проведенное В. Куайном и использованное в исследовательской работе, сводится к разделению научных систем, формулируемых преимущественно в словах естественного языка или преимущественно в терминах. В. Куайн показал, что реальной (формулируемой в терминах) теории всегда предшествует теория виртуальная; такое предшесгвование необходимо, однако и виртуальные теории имеют самостоятельную ценность. Виртуальные теории обладают большой объяснительной силой.

Например, В.Куайну потребовалось ввести понятие множества. Это понятие было исходным в его теории. Поскольку исходные понятия не допускают определений через указание на род и вид, в науке используется ряд сложных искусственных приемов, например так называемое эффективное определение, т.е. указание на некоторый алгоритм, приводящий к возникновению явлений, относимых к объему определяемого понятия (Ю.Гастев, И.Шмаин, Рекурсивные..., 487).{{205}}

В. Куайн прибегает к просгой объяснительной силе слов естественного языка: "Теория множеств, — пишет он, — это математика классов. Понятие класса является столь свойственным мышлению, что мы не надеемся определить его более наглядными терминами. Мы можем сказать, что классом является любая совокупность, любое соединение, любая комбинация объектов любого рода; если такое пояснение помогает, мы удовлетворены"(Теория..., 1).

Как показывает практика, такое пояснение действительно помогает, но пояснение, конечно, не есть определение введенного термина. Обращение к словам естественного языка — первый прием, используемый в виртуальной теории. Второй прием сводится к обсуждению показательных примеров, которые, говоря вообще, не допускают обобщений, но тем не менее всетаки обладают именно общей объяснительной силой. Оставив слова естественного языка, для пояснения того же понятия множества В.Куайн далее приводит показательный пример: "Представьте себе некоторое суждение, где имеется определенный субъект. Поставьте прочерк там, где говорится о субъекте. У вас больше нет суждения, в котором упоминается определенный субъект; у вас открытое суждение, называемое так потому, что в него можно включить ряд субъектов, относительно которых оно будет истинным, и ряд субъектов, относительно которых оно будет ложным. Подобным образом и понятие класса таково, что оно предполагает, в добавление к различным субъектам, делающим суждение, например, истинным, еще одного явления, которое оказывается классом, включающим в себя все субъекты, а не другие, в качестве членов. Именно класс детерминируется открытым суждением" (Теория..., 1-2).

Оба приема не приводят к строгому знанию и к определениям терминов, хотя и создают полную иллюзию ясности вопроса; именно поэтому сам В.Куайн данную технику изложения материала называет "обманывающей" (там же, 4). Тем не менее приемы, свойственные виртуальной теории, не только "симулируют" точное знание, но и "стимулируют" его (игра слов принадлежит опять-таки{{206}} Куайну): виртуальная теория, как упоминалось, способна предшесгвовать реальной и облегчить построение последней. Однако в некоторых случаях, особенно тогда, когда невозможно или не сложилось аксиоматическое построение знания, виртуальной теорией вынужденно приходится удовлетвориться.

Лингвистика, за исключением некоторых разделов или отдельных работ, строится как виртуальная теория. Надо, правда, сказать, что не всеми учеными это понимается.

В настоящей нашей работе исследовательские приемы виртуальной теории используются в эксплицитном виде.

2.  Мы исходим из того, что "язык не следует понимать как нечто, определенно отличное от систем, составляющих культуру, и его следует понимать как часть целого, функционально связанную с ним" (Г.Хойджер, Отношение..., 554). Применительно к словарю тот же автор справедливо пишет: "Словарь народа содержит в себе всю его культуру" (там же, 556).

3.  Об общечеловеческих и региональных элементах в культурах народов Земли как об общей, совпадающей их части см. подробнее: Е.М.Верещагин, Роль..., 23 и след.

4.   См. об этом: Ф.Гюгтингер, Переводящий..., 52.

5.   Ср., например, высказывание Л.С.Бархударова: перевод — это "преобразование речевого произведения на одном языке в речевое произведение на другом языке при сохранении инвариантного плана содержания" (Процесс ..., 26).

6.  Ф.Гюттингер, Переводящий ..., 7.

Понятия системы, нормы и узуса разработаны Э.Косериу (Синхрония ...). Разъяснения данных понятий на прймере ошибочной речи иностранцев, изучающих русский язык, см.: Е.И.Верещагин, Вопросы ..., 29 и след.

7.  Если термин "слово" относить к особому, лексическому уровню языка, то его удобнее всего в анализе рассматривать отдельно в плане содержания и в плане выражения. В этой связи можно использовать соответствующие термины, предложенные и эксплицированные Н.И.Толстым, — "В плане выражения слово — лексема,{{207}} в плане содержания — семема" (Из опытов...,30). Лексема и так называемая основа слова — разные понятия; для лексемы несущественна деривационная история словесного плана выражения, а для основы она имеет значение; с другой стороны, лексема никогда не может быть лишена плана содержания лексического уровня, в то время как основа в принципе может иметь только деривационное значение (ср. бокрёнка из известного примера Щербы).

8.  К.И. Ходова исходит из "понимания каждой предложно-падежной формы как особого морфологического единства, частью которого является предлог". Со ссылкой на Е. Куриловича она же указывает, что "предложный оборот не группа слов, но слово, в котором предлог выступает в качестве морфемы (или одной из морфем, входящей вместе с окончанием в общую сложную морфему предложно-падежной формы)". "Предлог является не управляющим словом падежной формы, но, по терминалогии Е. Куриловича, подморфемой (sousmorphèm), хотя и главной, сложной морфемы, заключающей предлог и падежное окончание. Отношение предлога и падежа проф. Курилович изображал в виде схемы

где II и обозначает сложную морфему, объединяющую предлог с падежным окончанием. Изложенное понимание падежей с предлогами как неких морфологических единств делает правомерным сопоставление беспредложных падежей и падежей с предлогами в одной и той же функции" (К.И.Ходова, Система..., 16,17).

9.  Психолингвистика — это наука, сложившаяся на стыке лингвистики и психологии речи и использующая, наряду с собственными, термины и понятия обеих указанных наук. Иногда эти понятия при включении в системы психолингвистических построений несколько изменяются, иногда показывается онтологическая тождественность некоторых лингвистических и психологических понятий, обозначавшихся до этого, конечно, разными терминами (Е.М.Верещагин, Психологическая...).{{208}}

В самом общем виде предмет психолингвистики определяется как "кодирование и декодирование" мысли, причем в виду имеется вербальное кодирование (Ч.Осгуд, Т.Себеок, Психолингвистика ..., 4). В этой науке исследуются модели производства речи, речевое поведение, речевая норма и патология, соотношение между "мыслью" и "речью", генезис (или становление) речи в раннем детстве, мотивированность речевого поведения, латентный процесс речепроизводства и т.д. Подробнее о предмете и методе психолингвистики см. в исчертывающих публикациях А.А. Леонтьева (Слово...; Психолингвистика; Психолингвистические...).

К числу психолингвистических проблем относится такие вопрос психической реальности языковых единиц.

10. Проблема психической реальности языковых единиц дискутируется в психолингвистике (см. предыдущую сноску). Она имеет для задач, решаемых в настоящей работе, большое значение, и в полном объеме мы останавливаемся на ней в следующей, второй, главе. Здесь же рассматривается, наряду с необходимыми общими указаниями, один из частных вопросов — психическая реальность слова.

Языковая единица как явление релятивна. Анализ одного и того же текста в методологически различающихся лингвистических школах приводит как к установлению в нем разного числа языковых единиц, гак и к постулированию языковых единиц, отличных друг от друга по своему качеству. Эта множественность лингвистических описаний, которые зачастую являются взаимоисключающими, по понятным причинам не может без оговорок применяться к механизму производства речи человеком. В этой связи в моделировании механизма речепроизводства возникает вопрос выбора из общего числа языковых единиц, присутствующих в лингвистических описаниях, только тех, которые к названному механизму относятся, и, с другой стороны, установления тех языковых единиц, которые возникли по соображениям удобства лингвистического описания, для задач автоматического перевода или в иных прикладных целях. Языковые единицы, относительно которых удается {{209}}установить связь с механизмом речепроизводства, — о процедуре исследовательской работы говорится далее на стр. , — называются психически реальными.

Психически реальными, безусловно, являются осознаваемые языковые единицы; не все психически реальные языковые единицы осознаются, но все осознаваемые языковые единицы психически реальны. Осознаются и, следовательно, являются психически реальными слог, слово и фраза: если информанта попросить говорить "по слогам" или "слово за словом", просьба кажется ему содержательной и выполнимой.

Сейчас нам важно выяснить, не имеет ли слово, как оно понимается в обыденном сознании, некоторой специфики по сравнению со словом как единицей лингвистического анализа. Ответ меняется в зависимости от того, какое понимание слова принимается нами. Если в согласии с традиционными взглядами, отраженными в школьной практике, считать предлоги словами, то психически реальное слово имеет специфику, — когда информант в ответ на просьбу говорит "слово за словом", возникают фразы типа; кдому-подошел-мальчик-скнигой-вруке, Папа-смамой-думают-осыне; в этих фразах предлоги примыкают к лексемам (причем наличие или отсутствие гласной в предлоге не имеет значения). Если же рассматривать слово как морфологическое единство, то специфики не устанавливается. Следовательно, именно последнее понимание слова и является психически реальным. В основном тексте работы это обстоятельство выступило как аргумент в выборе процедуры сопоставления слов исходного и переводного текстов.

О проблеме психической реальности языковых единиц си.: Дж.Миллер, Психолингвисты; И.И.Ильясов, Эксперимент...; Е.М.Верещагин, Вопросы...,54; А.А. Леонтьев, Психолингвистические..., 103 и след.

11. Хорошая филологическая подготовка Кирилла засвидетельствована не только прямыми сведениями его пространного жития, но и — что гораздо более важно — содержащимися там же косвенными{{210}} сведениями. Здесь, в частности, приводятся примеры лингвистического анализа ряда слов, предпринятого Кириллом. Во время поездки к хазарам ему пришлось показать семантическую близость слов законъ и завэтъ; аргументация полемизировавших с ним иудеев строилась на различении семантики этих слов, поэтому правота Кирилла во многом зависела от его филологической эрудиции. Далее ему пришлось, напротив, вскрыть семантическое различие слов икона и идолъ; полемизировавшие с ним стремились обвинить христиан в идолопоклонстве.

Характерна также отмечаемая житием выдающаяся способность Кирилла к изучению иностранных языков (согласно житию, Кирилл хорошо владел пятью языками — славянским, греческим, латинским, древнееврейским и арабским). Изучение иностранных языков — особенно в зрелом возрасте — неизбежно приводит к филологической процедуре усвоения, т.е. к сознательному членению речи на родном и изучаемом языках, к сопоставлению расчлененных отрезков и установлению их сходства или различия и, наконец, к выявлению правил (нередко формулируемых в развернутой и эксплицитной форме) производства речи на неродноы языке.

Впрочем, об известном совпадении филологических и обыденных взглядов на язык в средние века см. в предыдущей сноске.

См.: Источники..., 83,89.

12. Если реляционную морфему нельзя устранить ни из словоформы, ни из грамматически правильной фразы, то отрицательные морфемы, вообще говоря, помещаются в текст и устраняются из него довольно свободно. Например, во фразах типа "я иду" и "я не иду" наличие или отсутствие отрицательной морфемы обусловлено не внутренним строением фразы, т.е. реляционно, а семантическими причинами, т.е. абсолютно.

13. Закономерность, согласно которой выразительные возможности языка всегда выражают обслуживаемую им культуру, рассмотрена нами специально в статье "Этнолингвистика...". Если меняется культура, то непременно меняются и выразительные {{211}}средства языка.

14. Подробнее о понятии заимствованна в несколько специфической трактовке термина см.: Е.М.Верещагин, Психолингвистическая..., 76.

15. О попытках перевода грамматических морфем писали А. Минчева и Б.Велчева. По их мнению, в Супрасльской рукописи и в сочинениях Иоанна Экзарха наблюдается перевод греческого определенного члена ὅ, ἥ, τό. Модель имени с иже в функции артикля воспроизводит греческую модель, поскольку позднейший болгарский артикль -тъ развился из других указательных местоимений и поскольку ничего аналогичного не известно не только в других славянских языках, кроме древнеславянского, но и в этом последнем в памятниках помимо названных. См.: А.Минчева, Б. Велчева, Анафорическое..., 163,210.

16. См. об этом у Гюттингера (Переводящий...,55).

По данным Я. Рецкера, однако, в переводах, сделанных разными людьми, мы все же должны ожидать 40 процентов совпадений слов, что обусловлено тематикой переводимого текста. 60 процентов слов варьируется. См.: Плагиат..., 51.

Полное (слово в слово) совпадение перевода, сделанного дважды одним лицом или двумя лицами, практически невозможно. Именно поэтому чудом является легендарный перевод Библии с древнееврейского на древнегреческий, предпринятый семьюдесятью толковниками, — семьдесят (или семьдесят два) переводчиков работали в отдельных помещениях и тем не менее произвели полностью совпадающий текст перевода.{{212}}

 

Hosted by uCoz