Четвертая глава

1.  Аналогичные примеры приводит Г.А. Золотова (Развитие..., 250): Часть отпуска опять пожертвую на Ленинку; Особое внимание уделяется на создание кабинетов (современная русская разговорная речь).

2.  И.С. Ильинская предложила разнести управление по разным научным дисциплинам: "управление, обусловленное характером грамматического оборота, входит в область изучения грамматики"; "управление, обусловленное значением управляющего слова, является предметом лексикологии" (Управление..., 96). Думается, что подобное разделение затруднительно провести (окажется много сомнительных случаев) и что, кроме того, оно едва ли принесет ощутимую пользу в познании явления.

3.   Этот же глагол может переводиться на славянский и без предлога: προσῆλθον οἱ φαρισαῖοι τῷ Ἱησοῦ  поимашѧ ис͡ѹ фарисеи (Мф 19,3; Сав 42б){{218}}

4. Интересно наблюдение И. Вакернагеля относительно повторяемости предлога в сочинительных словосочетаниях. И.Вакернагель (Индоевропейский..., 1-19) стремился показать, что если речь идет о языке со старой литературной традицией, то в нем предлог относится к двум или трем словам в сочинительном словосочетании и не повторяется; в языке с относительно молодой литературной традицией перед каждым словом сочинительного словосочетания предлог повторяется. И. Добрев, как кажется, подтвердил вывод Вакернагеля: в евангельских текстах он обнаружил около 30 случаев повторения предлогов в парах, хотя греческие тексты обходятся одним предлогом. Ср.: περὶ δὲ τῆς ἡμέρος ἐκείνης καὶ ὥρας οὐδεὶς οἶδεν   о дни же томь и о часѣ никътоже не вѣстъ (Неподкрепленное..., 522).

5. Языковые единицы, как известно, разделяются на константные и вариабельные. Константные языковые единицы имеют постоянный набор фонем и по'тому могут быть записаны с помощью обычного алфавита; константными языковыми единицами являются морфемы (разделение морфов и морфем в духе дескриптивной школы нами не учитывается). Вариабельные языковые единицы, соответственно, постоянной фонемной формы не имеют и записываются с помощью специально оговариваемого алфавита. Например, языковая единица, в равной мере представленная во фразах "дом стоит", "мальчик спит", "самолет летит", может быть записана как N + V , если мы предварительно оговорим, что символ N изображает любое имя существительное, а символ V— любой глагол. Вариабельными языковыми единицами являются модели ( patterns ).

Модели в лингвистической анализе устанавливаются после того, как завершен этап сегментации исследуемого текста и выделены морфемы (например, "сам-о-лет-лет-ит"). Модели устанавливаются на основе критерия непосредственной связи, причем этот критерий предполагает апелляцию к интуиции (морфемы "лет" и "ит" связаны между собой более тесно, чем морфемы "ит" и "сам"). Однако модели не привязаны к некоторому определенному тексту, бывшему в анализе; они относятся к ряду текстов (например, модель русского глагола, состоящая из глагольной лексемы с показателями{{219}} времени, наклонения и залога и личной флексии, отражает не только форну "летит", но и "стоит" и "спит"); следовательно, модели по своей природе являются инвариантами для многочисленных текстов.

Критерий непосредственной связи — это лишь один из аспектов связей, существующих между морфемами; непосредственная связь представляет собой случай, противоположный отсутствию связи. Между этими двумя крайними случаями могут быть установлены разнообразные переходы, т.е. допустимо говорить о более или менее тесной связи между морфемами. Указанное измерение степени связи наличествует в образе иерархии, возникающем при графическом представлении структуры фраз по принципам анализа по непосредственным составляющим (далее — НС-анализ).

Приведем поясняющий пример. Пусть анализируется некоторая фраза и проведена сегментация текста; пусть речь идет о фразе "баб-ушк-а и дед-ушк-а очень люб-ят мал-еньк-ого внук-а". Эти морфемы не представляют собой простой последовательности, как, скажем, текст есть последовательность литер и пробелов (в печатном тексте нет ничего, кроме литер и пробелов). Некоторые текстовые единицы — морфемы — объединяются в текстовые единицы более высокого порядка: ясно, что морфемы "баб-" и "очень" связаны между собой гораздо менее тесно (может быть, они даже вообще не связаны), чем морфемы "люб-" и"-ят". Первой текстовой единицей более высокого, чем морфемы, порядка являются основы: здесь мы в нашем примере можем указать на текстовые единицы "бабушк-", "дедушк-", "маленьк-". Текстовыми единицами второго более высокого, чем морфемы, порядка, являются словоформы ("бабушка", "дедушка" и т.д.). Текстовыми единицами третьего порядка служат словосочетания ("бабушка и дедушка", "очень любят"). Текстовыми единицами четвертого порядка обычно называют словосочетательные группы, или синтагмы: в нашем примере это "очень любят маленького внука". Последней текстовой единицей является сама фраза, или, по иной терминологии, предложение. Мы видим, что{{220}} самые низшие текстовые единицы (морфемы) включаются сначала в высшую текстовую единицу первого порядка, затем в высшую текстовую единицу второго порядка и так далее вплоть до предельной текстовой единицы самого высокого порядка — фразы.

Это отношение последовательного включения текстовых единиц друг в друга исследуется едва ли не в любой грамматической теории: в грамматике зависимостей оно выступает как понятие управления, в операционной школе — как понятие коррелятора, в НС-анализе — как понятие доминации. Принципиальная эквивалентность всех трех теорий показана в научной литературе (С.Я. Фитиалов, Об эквивалентности...).

Все то, что выше было сказано словами, с еще большим успехом удается показать с помощью схем. Мы применяем схемы, сложившиеся в НС-анализе. При схематическом представлении анализа текста, принятом в НС-анализе, каждой фразе в соответствие ставится один конечный неориентированный связный граф без циклов, имеющий не менее двух узлов, называемый деревом. О соответствующей терминологии из теории графов ("ветвь", "узел") см. в специальной литературе (К. Берж, Теория...; О. Оре, Теория... ).

Схемы, возникающие в результате НС-анализа, объективируют не только текстовые, но и языковые единицы (об этом подробнее см.: Е.М. Верещагин, Вопросы..., 50 и след.).

6.  Здесь одному греческому слову соответствуют два славянских. Далее в нашей главе об этом говорится подробнее, но уже сейчас можно обратить внимание на то, что пара славянских слов вместо одного греческого не меняет общей схемы фразы.

7.  вы здесь ошибочно вместо тъ: ἐκεῖνος никогда не переводится как вы; кроме того, глагол, зависящий от ошибочного вы, стоит в единственном, а не во множественном числе и тем самым указывает на местоимение единственного числа. Допущенная ошибка хорошо объясняется с позиции общей теории ошибок.

8.  Немецкий термин Lehnsyntax; ;поэтому, может быть, следовало бы перевести: "калькированный синтаксис". Если же учесть,{{221}} что в области синтаксиса иного воздействия языка на язык, кроме калек, не бывает, то строгое разделение "заимствований" и "калек" теряет свое значение.

9. Этот термин употребляет, например, М.М. Маловский (Об определении...); его повторяют некоторые другие авторы. Мы его ставим в кавычки потому, что он еще не вошел в систему лингвистических терминов.

10. Предложенное объяснение не охватывает части примеров. Πιστεύω переводится или как вѣрѫ имѣти или как вѣровати, причем в рядом расположенных чтениях. Скажем, Ио 14, 11-12 читается πιστεύετέ μοι ὅτι ἐγὼ ἐν τῷ πατρὶ... διὰ τὰ ἔργα αὐτὰ πιστεύετε μοι. Ἀμὴν ἀμὴν λέγω ὑμῖν, ὁ  πιστεύων εἰς ἐμὲ τὰ ἔργα ... ποιήσει, а в славянском тексте на месте πιστεύω три раза употреблены разные формы, причем в последнем случае синтетическая, полностью соответствующая греческому глаголу, — вѣрѫ имѣте ми яко азъ въ оц͡и... за истая дѣла вѣрѫ емлете ми. аминь аминь гл͡ѫ вамъ вѣрѹѧи вь мѧ дѣла... створитъ (Сав 25а). Если в славянском имелся глагол вѣровати, то мы не можем сказать, почему все-таки частотнее его аналитические формы типа вѣрѫ имѣти, — здесь о каких-либо затруднениях при переводе (подобных затруднениям при калькировании) говорить не приходится.

11. Количество слов в копулятивном сочетании может быть сколь угодно большим.

12. Предметом лингвистики, как и ряда смежных с ней наук, является речевая деятельность человека, но при размежевании пограничных дисциплин предметом лингвистики оказывается язык, т.е. "одна из самобытных семиологических систем, являющаяся основным и важным средством общения данного человеческого коллектива" (О.С. Ахманова, Словарь..., 530). Язык для лингвиста, не интересующегося биологической основой речи, существует только в текстах; язык как система знаков извлекается из текста. Процедура анализа состоит из следующих операций: во-первых, из операции сегментации, во время которой текст в согласии с{{222}} определенной процедурой членится на так называемые текстовые единицы; во вторых, из операции отождествления, во время которой повторяющиеся текстовые единицы выявляются, объединяются в классы и благодаря абстракции объявляются вариантами единой инвариантной единицы нового качества — языковой единицы; наконец, в-третьих, из операции составления списка, во время которой языковые единицы сами сводятся в некоторые классы, устраняются так называемые алло-единицы и в конечном итоге возникает список языковых единиц. Этот список языковых единиц и только этот список и называется в лингвистике языком.

Более подробно о нашей точки зрения см.: Е.М. Верещагин, Психологическая..., 63 и след.; он же, Вопросы..., 45 (в этой работе, правда, в популярной форме изложения).

13.  Между тем иногда встречаются неверные взгляда. Например, Э. Бенвенист пишет о способности моделей "разлагаться на конститутивные элементы низшего уровня" (Уровни ..., 444).

14.  мы различаем термины "класс" и "список", причем противопоставление возникло в результате разделения свойства некоторого элемента и его атрибута. Свойством называется такая характеристика отдельно взятого элемента, благодаря которой он автоматически относится к некоторому множеству однородных ему элементов. Например, в фонологических построениях, не порывающих с фонетикой, свойства фонемы — согласность, звонкость, компактность и т.д. Атрибут,— характеристика элемента, устанавливаемая или на основе его функционирования, или на основе его положения по отношению к другим элементам. Атрибут изучением элемента самого по себе не устанавливается. Например, атрибуты фонемы — частотность, смыслоразличительная функция и т.д. Как правило, понятия свойства и множества совпадают (А.Тарский, Введение..., 112; Р. Карнап, Значение..., 48); в этом случае множество задается описанием, т.е. указанием этого свойства, и называется классом. Множество, элементы которого имеют только атрибутивные характеристики, задается конкретным перечислением и называется списком.{{223}}

15. В отечественной литературе иногда пишут: граммема. Термин введен в активный словарь лингвистики К.Л. Пайком, дающим ортограмму с одним "м", и мы ее сохраняем. Все этимологические соображения, которые требуется здесь учесть, одинаково относятся как к английскому, так и к русскому языкам.

16. Здесь мы исходим из основного принципа лингвистического анализа (см. сн. 12), согласно которому вся информация при установлении языка как системы знаков извлекается только из текста и из одного текста.

17. Более подробно наша точка зрения изложена в работах "Психологическая..." (стр. 63 и след.) и "Вопросы..." (стр. 48 и след.).

18. О проблематике психолингвистики см.: А.А. Леонтьев, Психолингвистика; он же, Психолингвистические...

19. См. подробнее: Е.М. Верещагин, Вопросы..., 63.

20. Понятия первичного и вторичного языков не совпадают с понятиями родного и неродного языков. Первичным языком в теории билингвизма называется тот язык, которым билингв владеет лучше; этим языком не всегда оказывается родной язык.

21. Понятие объективации является фундаментальным понятием психологии и психолингвистики, в которых исследуются, как известно, объекты, недоступные прямому наблюдению. Здесь предполагается, что на основании рассмотрения внешнего процесса, относительного которого установлена его связь с ненаблюдаемой закономерностью, можно судить об этой последней. Объективация — это выражение определенного процесса (как правило, ненаблюдаемого) в сопутствующем ему ином процессе или явлении (наблюдаемом).

22. Синонимику в словообразовании прилагательных (в парах типа: фарисеовь фарисеискъ, чл͡овьчь чловьчьскъ, господьнь господьскь, божии божьскь) описывали П. Пенкова (Синонимия.., 64-69) и Н. Рейтер (Функция..., 363-401); см. также: М. Бродовска-Хоновска, Словообразование... . Подобный же параллелизм суффиксов -ьн- и -ьск- в словообразовании древнерусских прилагательных наблюдала Н.П. Зверковская, которая прямо{{224}} указывает на зависимость данного явления от древнеславянской деривационной модели (Параллельное..., 297).

О синонимичном словообразовании существительных (на -ие, -ьство, -ьствие) см.: Б. фон Арним, Исследования....

23. В случаях с сохранением двойственного числа на протяжении ряда фраз (без поддержки греческим текстом) мы наблюдаем явление, обсуждаемое в современной лингвистике под именами "супер-фразы" (А.А. Акишина, К вопросу...) или "сверхфазового единства" (Н.И, Серкова, О некоторых...). Характерным признаком суперфразы является, кроме смыслового, грамматическое единство.

Между прочим, нередко перевод возможен только в пределах "суперфразы", а просто фраза не допускает перевода. Комментируя подобные случаи, P.O. Якобсон приводит в качестве примера английскую фразу I hired a worker "Я нанял/нанимал работника/работницу", которую нельзя перевести на русский язык, если не иметь дополнительной информации (из контекста) (О лингвистических..., 235).{{225}}

 

Hosted by uCoz