12. Названия «смешанных» цветов

Как говорят физики, есть только три первичных цвета: красный, зеленый и синий. «Белый может быть получен, если смешать зеленый и красный» (World of Science: 163). Но, не-

276


сомненно, неискушенные люди воспринимают цвета совсем не так.

Физиологи говорят, что наименьшее число названий цвета, с помощью которых мы можем описать наш опыт цвето-восприятия, — это не три, а шесть. «Если предельно минимизировать количество имен цвета, окажется, что мы можем описать все известные цвета, используя только шесть терминов и их различные комбинации. Это красный, желтый, зеленый и синий — четыре ЭЛЕМЕНТАРНЫХ ЦВЕТА, и черный и белый — две крайние точки шкалы монохромных оттенков. Все другие имена цвета,... могут быть описаны путем соотнесения с этими шестью или их комбинациями» (Hurvich 1981:3).

Я думаю, что значения названий цвета в языках с развитым цветовым лексиконом (таких, как английский) хорошо согласуется с утверждением, приведенным выше: за пределами первых шести цветов в последовательности Берлина и Кея пять других (или, во всяком случае, большинство оставшихся) концептуализуются, на некотором уровне, как «смеси». Очень грубо:

оранжевый = желтый + красный
розовый = красный + белый
фиолетовый = синий + красный
серый = черный + белый

Это не значит, что мы не рассматриваем оранжевый, розовый, фиолетовый, серый как «элементарные» цвета. Мы именно это и имеем в виду и как раз поэтому считаем их «основными названиями цвета» в английском. Но на некотором уровне нашего лингвистического сознания мы также можем связать каждое из них с двумя другими цветовыми концептами, как показано в формулах, приведенных выше.

Для розового и серого их «смешанная» природа определяется на относительно неглубоком уровне нашего лингвистического сознания. Для других, в особенности для фиолетового, это лежит в глубине и с большим трудом осознается при интроспекции. Но, как показал Херинг (Hering 1920), оно МОЖЕТ быть выявлено. Совершенно не зная исследований Херинга, я в своей ранней работе (Wierzbicka 1980:43) предложила определения, которые подошли очень близко к его анализу. Используя формат толкований, принятый в данной работе, я перифразирую эти толкования следующим образом:

277


X оранжевый
о предметах, подобных Х-у, можно подумать: они похожи на
что-то желтое
в то же самое время можно подумать: они похожи на что-то красное
X розовый
о предметах, подобных Х-у, можно подумать: они похожи на
что-то красное
в то же самое время можно подумать: они похожи на что-то белое
X серый
о предметах, подобных Х-у, можно подумать: они похожи на
что-то черное
в то же самое время можно подумать: они похожи на что-то белое
X фиолетовый
о предметах, подобных Х-у, можно подумать: они похожи на
что-то синее
в то же самое время можно подумать: они похожи на что-то красное

Вообще говоря, может показаться, что «смешанные цвета» — это способ пополнения множества «основных» цвето-обозначений. Об этом свидетельствует состоящий из четырех цветовых концептов («серый», «розовый», «оранжевый» и «фиолетовый») заключительный блок в последовательности из одиннадцати цветов, которую предложили Берлин и Кей. Это также подтверждается существованием таких концептов, как польский двенадцатый «основной» цвет granatowy, который очевидным образом разлагается на, грубо говоря, «синий» и «черный»; или польские «полуосновные» имена цвета bezowy ('бежевый', т. е. 'коричневый' + 'белый'), kremowy 'кремовый', т. е. 'белый' + 'желтый') и bordowy ('бордовый, каштановый', т. е. 'красный' + 'черный').

Важно отметить, что в случае со «смешанными» цветами один из компонентов всегда ощущается как более весомый. Так, розовый представляется как разновидность красного, а не белого, фиолетовый синего, а не красного, а серый черного, а не белого. Аналогично, granatowy — это разновидность цвета niebieski 'синего', bezowy — коричневого, a kremowy — белого (ср. английский термин off-white 'не совсем белый').

278


 

 

Hosted by uCoz